Кинофильм "Аритмия"

"Аритмия" привлекла внимание двумя моментами - обилием премий, включая главные, и бурной восторженной реакцией зрителей, переходящей в агрессию к тем, кто эти восторги не разделяет.

Пришлось посмотреть и написать следующий текст здесь и на форуме: https://forum.pilot-bc.ca//viewtopic.php?f=4&t=1869

"Аритмия", Россия, 2017.

Режиссер Борис Хлебников. Сценаристы - Наталия Мещанинова, Борис Хлебников.
Главный Приз за лучший фильм и Приз зрительских симпатий на Открытом XXVIII кинофестивале в Сочи (2017).
Приз Союза кинокритиков Франции на 18-ом международном кинофестивале в Аррасе (2017).
Приз зрительских симпатий за лучший полнометражный фильм на Международном кинофестивале в Триесте.

Премия "Золотой орёл" (2017):
Лучшая актриса (Ирина Горбачёва)

"Аритмия" - мелодрама с двумя основными сюжетными линиями, одна из которых посвящена кризису семьи, а вторую можно назвать производственной.
В сюжете семейного конфликта ведущая роль у Кати, она предлагает развестись, она руководит кризисной ситуацией, и в, конечном итоге, именно она решает сохранить семью. Олегу остается лишь переживать происходящее и быть просителем. Сам он ничего не решает.

Производственный сюжет по большей части посвящен Олегу, ничего не говорится о том, что из себя представляет Катя как врач. Несколько сцен в больнице с ее участием не раскрывают ни ее профессионального уровня, ни личных устремлений, никак не характеризуют ее через отношения с коллегами. Ни на работе, ни дома, Катю, как, впрочем и Олега, не увидишь с медицинским журналом в руках или телефоном в поисках нужной по работе информации в Интернете. Изобразительные средства фильма, избранные режиссером, я бы назвал "эстетикой антигламура" - что чаще всего и больше всего присутствует в кадре, так это непричесанность, неприглядность и неустроенность. Или пестрота униформы медиков в контрасте с белизной пустых больничных коридоров. Таковы и интерьеры съемной квартиры главных персонажей, больше напоминающей клетку, в которой им предстоит биться в ходе семейного кризиса. Выбранный режиссером антигламурный видеоряд вызывает у зрителя сочувствие главным персонажам, которое прогрессирует в сопереживание и желание счастливого разрешения их семейного кризиса. Это также подтверждается эмоциональным откликом зрителей на фильм - не имея никакой информации о том, что находится за пределами показанного в фильме: почему Олег начал пить, что явилось причинами семейного разлада - зритель по большей мере оправдывает действия персонажа, заявляя, что напряженная работа превратила Олега в выжатый лимон, что и заставляет Олега прибегать к алкоголю для снятия запредельного стресса. Более того, любую критику фильма "Аритмия" большинство зрителей восприняло с необычным для выдуманной истории агрессивным отторжением.

Фильм лишен музыки, либо иллюстрирующей действие, либо создающей интонации, характеризующие душевное состояние персонажей. Единственный музыкальный элемент "Аритмии" играет драматургическую роль - он нужен, чтобы воскресить в памяти Кати некие светлые воспоминания, связанные с Олегом. Критики, привлекая исторический контекст, вспомнили, что песня "Наше лето" группы "Валентин Стрыкало" была создана как стеб с фальшивыми чувствами и фальшивым лирическим героем. Из чего был сделан вывод о фальшивости этого эпизода "Аритмии" и манипулятивным использованием музыки. Но дело в том, зритель может и не знать этого контекста, как, впрочем, и сама Катя. Либо знать, но не придавать значения, поскольку последующее сцены фильма очевидно показывают переход Кати в иное психологическое состояние под влиянием песни. В чем здесь манипуляция, мне лично непонятно. Тем более, что любое произведение искусства, созданное для эмоционального воздействия на аудиторию, можно также называть манипуляцией автора - он рисует мир на основании личного, пристрастного взгляда. Используя для этого те средства, которые нужны ему для субъективного отражения какой-либо идеи.

Оценивая то, что реально есть не в контекстах, а в самом фильме, а именно отсутствие постоянного музыкального сопровождения, скорей можно думать об отсутствии стремления создателей углубиться во внутренний мир персонажей с его возможными оттенками, поэтому и не используется один из мощных инструментов кинематографа, способных помочь такой задаче - музыка.

Общий эмоциональный настрой фильма - сентиментальность. Она ярче в производственной линии сюжета - страдания ребенка мало кого оставят равнодушным и являются классикой пафоса сентиментальности. Как и страдания полуребенка Олега, о причинах инфантильности которого создатели "Аритмии" умолчали. В современных российских фильмах стали привычным элементом сцены мордобоя. Эпизод, в котором персонаж Лагашкина сбивает с ног Олега, тоже не стал чем-то исключительным. И явился еще одним доказательством полного отсутствия мужского характера у главного персонажа. Если уж врачи по велению авторов фильма дошли до диспута на уровне привокзальных гопников, то физическое превосходство начальника над подчиненным в этом эпизоде не имеет значения. Как говорил Марк Твен, “It's not the size of the dog in the fight, it's the size of the fight in the dog”, что в самом вольном переводе может звучать как "Размер собаки в драке не важен. Важно сколько драки в самой собаке". Свободный человек не может безнаказанно позволить так себя унизить, и должен дать столько драки, сколько понадобится для предупреждения таких поползновений в будущем. Блестящий пример можно найти в сериале "Banshee", где главному герою приходится вступить в драку с профессиональным бойцом и удается выйти победителем не за счет физического превосходства, а благодаря яростному сопротивлению и силе духа. В "Аритмии" силу духа персонажам заменяет совершенно не сочетающийся с сентиментальностью жесткий натурализм, проникающий даже в сцену любви Олега и Кати лексиконом подворотни. Но даже это зритель понимает как жизненность и правдивость кинокартины. Народу нравится! (С)

Пафос сентиментальности перебил все остальные смыслы картины и породил массу интерпретаций "Аритмии" как фильма-утешения, доброй жизнеутверждающей картины, побуждающей человека к оптимистическому восприятию окружающей действительности и вызывающей желание жить. Между тем, если сюжет семейного конфликта можно считать счастливым финалом картины, то сюжет производственный остается открытым. И если начать вникать в производственные эпизоды с помощью медицинских профессионалов, то сразу же возникает масса недоуменных вопросов. Позволяющих считать выбор профессии главных персонажей просчетом авторов "Аритмии".

Во-первых, врачи, которыми в фильме являются главные персонажи, прекрасно знают, что такое алкогольная болезнь и алкогольная зависимость. Будь Олег пожарным, а Катя учительницей, вопросов бы не было. Но врачи прекрасно представляют, что такое алкоголизм - айсберг, с видимой окружаюшим верхушкой и скрытой подводной частью в виде тяжелейших физических и психических нарушений. Которые делают сомнительной саму возможность декларируемых фильмом высоких профессиональных качеств Олега.

Эпизод с назначением пациентке пластмассовой пульки от детского пистолета, выданной немытыми руками из глубин кармана штанов вкупе с рекомендацией немедленно лечь и сосать "немецкую пилюлю", может показаться медикам далеко не обнаруженной критиками у главного персонажа способности к нестандартным решениям, но банальным неуважением к пациенту. Рано или поздно женщина поймет, что за пилюлю ей выдали, но доверия к действиям врача уже не будет. Хотя тот же самый психотерапевтический эффект мог быть получен с помощью аптечного гомеопатического препарата-плацебо. Пустышка из сахарной пудры в аптечной упаковке хотя бы продемонстрировала необходимое уважение к больному.

Точно так же с требованием подписать заявление о бритье головы, якобы необходимом для помещения в больницу. Женщине достаточно позвонить и выяснить существование такого распоряжения. И написать после этого законную жалобу, что она и делает.

Во-вторых, эпизод с прибытием бригады к месту побоища с поножовщиной и немедленным вступлением Олега в процесс медицинской помощи не закончившим пьяную драку вооруженным гопникам выглядят как усилия ангела навести порядок в преисподней. Ангела, готового быть убитым на месте хулиганом, случайно отмахнувшимся ножом. Кто же тогда будет оказывать медицинскую помощь выжившим? Не потому ли в странах с иной организацией неотложных мероприятий на вызов по телефону 911 дружно выезжают пожарные, полиция и парамедики? И уезжают в той последовательности, которую определяет ситуация. Поэтому выезд Олега на хулиганскую разборку с героическим спасением жизни недорезанных хулиганов выглядит благоглупостью.

Врач, чтобы быть полезным, прежде всего должен обезопасить себя. Как в самолетах, при необходимости воспользоваться кислородными масками все правила требуют сначала надеть маску самому, а уже потом помочь остальным.

В-третьих, совершенно беспомощно с точки зрения медика выглядит эпизод с электротравмой девочки. Никакой необходимости разрезать кожу пострадавшей в данном случае не просматривается, а уж если разрез сделан, то вместо показанного накрывания раны салфеткой никто не мешал прижать края раны той же самой салфеткой. Вместо этого Олег потом рассказывает матери девочки о той большой кровопотере, которую вызвали его действия. Хотя кровотечение из подобной кожной раны не может быть столь значительным. Если бы он перерезал межреберную артерию, последствия могли быть фатальными. Но этого не было и весь эпизод в целом похож на киноляпсус.

И первое, и второе, и третье ставят под сомнение интерпретацию производственного сюжета как демонстрацию решительных профессиональных и нестандартных действий Олега, необходимых для спасения жизни людей. Что снижает степень доверия к увиденному.

С какой целью сделан фильм "Аритмия" и имелась ли вообще какая-либо цель у авторов кинокартины? В одном из интервью режиссер Борис Хлебников сказал, что он снял маленькую частную историю, не претендуя на обобщения. Авторы положительных критических рецензий увидели в картине то самое пресловутое утешение для нуждающихся в нем наряду с "терапевтическим" воздействием фильма на зрителя. Авторы отрицательных сочли недостаточно осмысленным сюжет семейного кризиса и набором врачебных анекдотов сюжет производственный, и высказали предположение о том, что способность фильма утешать вряд ли приведет к полному излечению.

Нередко между тем, что собирался сказать автор своим произведением, и тем, что у него получилось, есть разница. В случае "Аритмии" после просмотра все же появляются некоторые обобщения. Поворот производственного сюжета в сторону производственного конфликта после прихода нового начальника дал повод части зрителей и критиков встать на сторону начальника: - Олег нарушает правила системы и тем самым может погубить чужие жизни. Лучше плохо помочь многим пациентам, чем хорошо помочь нескольким и оставить остальных на произвол судьбы.

Дело в том, что если человек врач, то помогать плохо он не может. Этот конфликт неразрешим. Мы видим, как после объяснений с "эффективным менеджером" увольняется один врач. Мы не знаем, остался ли работать под руководством откровенного мерзавца сам Олег. Врач - профессия творческая и гуманная. А выполнять установки лучше всего способны роботы, о внедрении которых в медицину уже заговорили специалисты по искусственному интеллекту. Поэтому живой врач поставлен перед альтернативой или выполнять циничное указание "эффективных менеджеров": - Лишь бы пациент под тобой не умер!, - или делать все возможное для конкретного больного. В системе "911" врачи не работают, там работают специально подготовленные парамедики, запрограммированные на работу по стандартам оказания медицинской помощи. Еще не роботы, но уже ближе к ним и дальше от врача. Кроме того, в системе "911" и пожарные, и полиция могут оказать первую доврачебную помощь. Что сильно отличает эту систему от показанной в фильме отечественной. В отечественной системе начальники, требующие от врачей халтуры в таком деле как лечение больных, ведут к тотальной дегуманизации профессии врача. Врач, совершающий ошибку, извинителен. Врач-халтурщик аморален и омерзителен.

Если начать разбираться, то можно прийти к выводу, что это система заранее программирует оставление пациентов на произвол судьбы. Всемирная Организация Здравоохранения определила необходимый минимум на финансирование системы здравоохранения страны в 5% ВВП. Ни в СССР, ни в РФ этот минимум никогда не достигался. Даже Фидель Кастро на Кубе сумел выделить 5% ВВП на здравоохранение, а отечественные "эффективные менеджеры" сочли это невозможным.

Система также не может укомплектовать "Скорую помощь" достаточным количеством врачей. Их всегда было около 75% от необходимого, и укомплектованность "Скорой" врачами и санитарами ежегодно снижается. О достойной зарплате говорить также не приходится. Что же предлагает врачам система? Врачей будут жестко контролировать и перевоспитывать по новым нормам.

Чиновники из Минздрава хотят усилить контроль за качеством работы врачей и их профессиональной подготовкой. По словам министра здравоохранения Вероники Скворцовой, соответствующие нормы будут прописаны в новом законопроекте.

"Закон позволит получать нам первые сигналы, если доктор недостаточно профессионально выполняет свои функции. Это будет не сразу жесткое наказание, а внеочередная аккредитация и решение вопроса о допуске к профессиональной деятельности. И, если нужно, бесплатное повышение квалификации с последующим
возвращением к профессиональной деятельности. Мы будем сами находить, выбраковывать или довоспитывать членов медицинского сообщества", - поясняет министр.

Сообщается, что внеочередная процедура подтверждения квалификации будет ожидать медика в том случае, если проверки покажут неоднократное нарушение клинических рекомендаций. Уже подготовлено около 1200 клинических рекомендаций по всем основным нозологиям. Чиновники уверены: данный подход гарантирует базовое качество оказания медицинской помощи.

Врачи по этому поводу говорят следующее. Клинические рекомендации по основным нозологиям никогда не учитывают случаи сочетанных и комбинированных заболеваний, расписать которые на каждый конкретный случай невозможно. Чиновники этого не понимают.

Приходится констатировать, что фильм зацепил такую проблему как превращение системой врача в козла отпущения за все просчеты и провалы этой самой системы. Даже если такая проблематика режиссера и не интересовала.

С учетом сказаннного, фильм "Аритмия" гораздо ближе к медиатексту, чем к произведению высокого искусства, достойного главной премии профессионалов кинематографа. Медиатекст ублажает и убаюкивает, вызывая сильный эмоциональный отклик зрителя при совпадении с его вкусами, но не претендует на нешаблонность и глубину осмысления выбранной темы. Что такого не знал зритель до появления "Аритмии"? Все показанное в ней вторично и не один раз уже отражено в кино и литературе. Фильм, будучи маленькой частной историей, и претендует на несколько маленьких частных премий. Которые он действительно заслуживает.